Должно быть, мы вышли из

Должно быть, мы вышли из

Открытая книга - В. А. Каверин

Должно быть, мы вышли из института одновремен­но, только я - из ворот, а Митя - из главного здания, по­тому что он вдруг оказался в двух шагах позади меня.

-   Одну минуту!

Я подождала, и мы пошли к площади Льва Толстого.

-   Мне было неудобно говорить с вами у Николая Ва­сильевича, - сказал он вежливо, но, как мне показа­лось, с оттенком презрения. - Вам передавали? Вес­ной я заходил к вам в общежитие.

-   Нет, не передавали.

Я так и кипела.

-   Признаться, вас трудно узнать. В Лопахине вы бы­ли маленькой девочкой, а теперь. Необыкновенно

переменились и похорошели.

Нужно было ответить с иронией: «Благодарю вас». Но ирония не получилась бы, потому что я была очень сердита.

-   Вы, кажется, намеревались о чем-то говорить со мной? Полагаю, моя наружность не относится к теме этого разговора?

Он искоса взглянул на меня.

-   Да, я хотел говорить с вами. Вы находились при Павле Петровиче в последние дни его жизни. Скажите, когда он скончался, у кого остались его рукописи? У вас?

-   Да.

-   А вы не думаете, - и Митя слово в слово сказал ту самую фразу, которой так боялся Андрей, - что давно пора вернуть их родным?

Я ответила:

-   Вы правы. И я сделала бы это, если бы не боялась, что родные Павла Петровича отнесутся к его рукопи­сям с таким же возмутительным пренебрежением, как и к нему самому.

У меня нечаянно получилось так складно. Впрочем, от злости у меня всегда появляется дар говорить со­вершенно свободно. Митя изумился:

-   Что такое?

-   Сейчас объясню, - ответила я хладнокровно. - Но прежде позвольте узнать, почему вы не спрашиваете о здоровье вашего брата? Или вас не интересует, что неделю тому назад он был при смерти и что, уезжая, я оставила его еще в постели?