Машенька, бледная, тонкая, бесшумная, осторожно

Машенька, бледная, тонкая, бесшумная, осторожно

Открытая книга - В. А. Каверин

И все исчезало. В темной избе я сидела у посте­ли больного, смутно белели на стуле вата, бинты. Ма­шенька, бледная, тонкая, бесшумная, осторожно буди­ла меня.

Не знаю, когда она спала, - мне казалось, что со­всем не спала. В посаде было много работы, прихо­дилось следить за выздоравливающими, вести при­ем. Машенька помогала мне, но это была лишь тень той энергичной, внимательной, нежной, мягко-настой­чивой Машеньки, какой она была у Андрея. Уходя от него, она переставала существовать. Она двигалась, разговаривала, ела, пила, но это были движения и сло­ва автомата.

Накануне приезжал врач из В-ска, долго осматривал Андрея и сказал, что у него действительно малярия, соединившаяся с катаральной ангиной. Я не возрази­ла, только пожала плечами, и в ответ он накричал на нас за то, что мы до сих пор не отправили Андрея в больницу, точно В-ск был под боком и не нужно было везти тяжелобольного больше ста километров по не­удобной дороге.

-    Нужно телеграфировать родным, - были един­ственные разумные слова, которые я услышала от это­го человека.

И я уже совсем собралась телеграфировать Мите, когда Андрею вдруг стало гораздо лучше.

-    Экой усач, - добродушно сказал он о в-ском док­торе. - Вы его накормили?

И стал шутить над нашими опытами, по которым по­лучалось, что при помощи ангины можно лечить диф­терию.

-    Но, чур, подопытного животного из меня не де­лать, - смеясь, сказал он. - Для этого мы слишком дав­но знакомы.

Он выпил чаю, съел сухарь и яйцо и потребовал, что­бы я рассказала о наших больных. Температура упала к вечеру, впервые до нормы. Словом, это был совсем хороший день, и я подумала, что поступила очень ум­но, отложив телеграмму до завтра.