Ты ответишь, и вы поссоритесь.

Ты ответишь, и вы поссоритесь.

Открытая книга - В. А. Каверин

Больше ни слова не было сказано о Глафире Сер­геевне. Андрей лишь упомянул, что он написал Мите о нашей встрече, предупредив, что через несколько дней я вернусь в Ленинград.

-   В конце июля Митя будет в Ленинграде на съез­де, - объявил он. - И ты сама расскажешь ему эту исто­рию. Я написал ему только: «Ты услышишь то, что те­бя поразит». Но вот о чем я хотел предупредить тебя. Ему будет очень тяжело, потому что он. Ты не пред­ставляешь себе, как он ее любит!

Я кивнула.

-       Тем более, он прекрасно поймет, что теперь между мной и Глафирой Сергеевной не может быть никаких отношений. И вот еще. Я немного боюсь, что он вы­слушает тебя и потом спросит: «Но где же сейчас на­ходятся бумаги Павла Петровича? Они сохранились? Не кажется ли вам, что давно пора вернуть эти бумаги родным?»

Я сказала холодно:

-    Ну что ж! На этот вопрос не трудно ответить.

-    Без сомнения. Ты ответишь, и вы поссоритесь. А мне. Понимаешь, я очень не хочу, чтобы вы ссори­лись.

Нельзя сказать, что работа, которую поручил мне Николай Васильевич, не удалась, но результаты полу­чились странные, причем не только с микробиологиче­ской, но и просто с логической точки зрения.

В самом деле, Николай Васильевич сказал мне пе­ред отъездом: «Некогда я задумывался над стрепто­кокками, усиливающими дифтерию. А теперь подумай­те вы». Но, согласно моим опытам, стрептококк во­все не усиливал дифтерию. Напротив, можно было предположить, что стрептококк и палочка, вызываю­щая дифтерию, находятся в плохих отношениях и ду­мают только о том, как бы причинить неприятность друг другу. Впрочем, из многих стрептококков это не­изменно случалось только с одним. Зато он не только не усиливал, а понижал и даже в некоторых случаях останавливал рост дифтерийного микроба.